partofair

Кусок эфира

25 июля 2017

F

«Ищем выход…»Тема: За закрытой дверью: есть ли гражданские права у заключенных?

Ева Меркачева, журналист МК, член ОНК: Мы мониторили больницу «Матросская тишина», у нас был список заключенных, по которым обратились их родственники. Они говорили, что там им либо не оказывают свидетельскую помощь, либо им нужна другого рода помощь. И в списке этих людей был Мамаев. Мы обходили палаты камеры, там есть совершенно разные. Есть очень приличные. Они прям похожи на больничные палаты. А есть такие, я вас уверяю, хуже представить себе даже невозможно. Но это процесс как они нам объясняют ремонта, он длительный. Поэтому будет и плохое, и хорошее. Но у нас есть всегда по этому поводу подозрения, что почему кого-то помещают всегда только в плохие палаты, а кого-то только в хорошие. это всегда такая возможность мне кажется коррупции какой-то. Тем не менее, Антона Мамаева мы нашли в реанимации. Или отделение интенсивной терапии. Мы туда пришли, открыли нам палату надзиратели и мы увидели, что там три человека. Точнее двоих сначала увидели. Один был с инсультом лежачий. Второй ходячий и потом мы просто увидели голову. Нам не видно было ни рук, ни ног. И она издала какой-то звук. Это собственно и был Антон Мамаев. Тот ходячий сокамерник его нам поднял, поправил ему руки, ноги. Потому что он к тому моменту совершенно не мог ничем шевелить.

И мы просто какое-то время стояли беззвучно. Мы не могли ничего сказать, и была начальник медчасти, у которой был полный шок и ужас в глазах. И я первая пришла в себя и сказала: а судья вас видел, прежде чем назначить вам срок? Он сказал: да, судья видел. И прокурор видел. Прокурор запросил 6 лет, судья 4,5 года. Я говорю: «А на самом деле как там все происходило». И вот он рассказывал, что он на суде сам лично объяснял, что узнал все про свою болезнь, и что выяснилось, что в среднем люди живут до 30 лет. Ему сейчас 28, и поэтому тот срок, который ему запрашивает прокурор, априори невозможен для него. Это означает, что они его обрекли на то, чтобы умирать, умирать мучительно в условиях такой полнейшей изоляции в тюрьме. И они все это выслушали, никак не отреагировали, и он говорит, ну как, скостил срок судья на полтора года. Я считаю это все ужасно. Мне кто-то сказал, что нельзя относиться к инвалидам по-другому, чем к обычным гражданам, если они совершают преступление. Допустим. Но в таком случае мы должны реально понимать, что у нас есть тюрьмы, где обеспечат им уход.

Антону Мамаеву нужен был уход просто ежесекундный. То есть постоянно при нем должен быть какой-то человек. Потому что сам он не может справиться. У нас таких тюрем нет, у нас вообще нет специализированных тюрем для инвалидов. Подразумевается, что человек может как-то сам себя обслужить. Поэтому когда у нас колясочники оказываются в колониях, там тоже большая беда. Там нет ни пандусов, ни поручней. Обычно колясочники договариваются за какие-то деньги, что за ними ухаживает, присматривает какой-то осужденный. Но все это тоже очень мучительно. Потому что в его сторону другие арестанты могут и какие-то слова говорить. Кто-то лишний раз не отнесет его в баню помыться. Кто-то в туалет не отнесет. Это целая история. Целая трагедия. И раз наши тюрьмы не приспособлены, да более того, есть заболевания, которые редчайшие. Которые настолько прямо поражают своими последствиями, почему было не дать условный срок. Допустим, он виноват, хотя я сомневаюсь.

Когда смотришь на такого человека. Ну какой разбой. И вот эта жестокость нашей системы, мне кажется, на примере Антона Мамаева мы в принципе затронули тему о том, почему такие жестокие. Почему жестокие прокуроры, почему жестокие судьи. Что происходит. Не так велика была трагедия. Какой-то мотороллер похитили у двух взрослых мужиков. То есть Антон Мамаев не совершил преступление, которое повлекло бы смерть человека или какие-то увечья. Откуда такая жестокость. Обязательно посадить. Причем на самом деле это не позиция того же Верховного суда, наоборот, когда председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев всегда говорит о гуманизации, он мне в интервью как-то рассказывал, в «МК» публиковали. Он говорит, что не понимает, почему судья вместо того, чтобы дать условный срок, освободить человека, считает, что обязательно дать ему реальный, пусть сидит. Он говорит, что я не понимаю, почему так происходит. И я не понимаю. В чем проблема.

Читать эфир полностью >>>

Программа «Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева»

Матвей Ганапольский: Я думаю, что Путин должен был утром встать и спросить: а Ройзман прошел муниципальный фильтр? Вот это то, что должен был спросить Путин. У помощников. И они ему должны были сказать: Нет, Владимир Владимирович. И он тогда должен был сказать: Ребята, зовите Госдуму, надо срочно менять ситуацию. Потому что не может Ройзман не пройти муниципальный фильтр. Поясню, почему такая история.

Дело в том, что Ройзман со всех сторон необычайно позитивный – как человек. С невероятной человеческой историей. И самое главное — эффективный для страны менеджер. Мы с вами знаем – он не отчаянный оппозиционер, он такой человек, как принято говорить, «здравого смысла», он не ходил на какие-то отчаянные демонстрации. Он работал на страну. И то, что он делал – вынимание – безусловно, для страны позитивно.

Но дело в том, что Путин построил такую систему, которая выкидывает таких людей. Вот из всей той молодёжи, вот эти дети, которые слушали Путина, пройдет в будущее и в последующем будет депутатом Госдумы исключительно тот ребёнок, который задал вопрос про «отдельные оппозиционные личности». Потому что эта система признает только полностью управляемых людей.

Совершенно не имеет значения, выкинули Ройзмана из-за личной вражды, из-за того, что он не устраивает местное начальство, из-за того, что у него были какие-то враги высокопоставленные – это не имеет никакого значения. Самое главное, что человек, полезный для страны, человек, нужный стране даже не был допущен до выборов губернаторов. Не то, что ему переломали ноги и руки во время выборов, что обошли, не так посчитали, что-то нахимичили – нет. Он просто не был допущен до выборов.

То есть, перед нами система, которая выбрасывает не то, что лучших. Она нормальных выбрасывает, а остаются только управляемые середнячки. Вот ведь в чем дело. Вот ведь творение Путинских рук. Оно совсем даже не в войне на Донбассе, но  внутри: ты умеешь работать на страну? Ты нормальный чувак? Ты помогаешь, ты сострадательный, ты хороший и  в профессиональном и в личном отношении? Человек отвечает: да. Тогда ему говорят: пошел вон. Вот в чем проблема.

Поэтому, конечно, губернатором станет какой-то абсолютно послушный человек по имени «Отдельные оппозиционные личности». Неважно, какое у него реальное имя — его так зовут.

Читать эфир полностью

Передача Дифирамб
Татьяна Васильева, актриса театра и кино, народная артистка России

К.Ларина: Cегодня же, видите, такое раздражение в обществе против таких спектаклей не очень понятных по жанру. Вы же видите, как без конца оскорбляются и доносы пишут на спектакли. Чем вы объясните такое отторжение общества от этого?

Т. Васильева: Мне кажется, что это чисто московская история.

К.Ларина: Всё-таки?

Т. Васильева: Мне так кажется. Я к этому возвращаюсь. Много зла здесь. Много зла. И легче же ведь так среагировать, легче начать все это хаять, ругать, еще даже не видя: «Я не пойду! Я его знаю», — и так далее. И это такая энергия нехорошая, которая тут же… Идет отток людей, потому что… Почему-то людям приятнее, когда кого-то ругают, чем когда кого-то хвалят, когда кем-то восхищаются. Мне кажется, раньше как-то подобрее все было, ну, в мои годы, когда я была актрисой. Я не знала даже, что про меня говорят. Я только знала, что вот у меня эта роль, эта роль, и все. А оказывается — там были какие-то свои истории, но я этого не знала. А теперь мы все знаем, что про нас говорят. Открыть вот этот ящик — и все там, мало не покажется. И что? И что, зарыться и больше не выходить на сцену? Ну, у меня-то нет этого ящика, я ничего не знаю.

Читать эфир полностью >>>

Передача A-Team
Сергей Боярский, депутат ГД, один из авторов законопроекта о модерации соцсетей

А.Нарышкин: Вы являетесь автором законопроекта по регулированию соцсетей. Вы хотите штрафовать на сумму до 50 миллионов рублей за отказ удалить противоправную информацию в социальных сетях. Могли бы вы пояснить эту инициативу, учитывая, что это какая-то прямо адская цензура, на мой взгляд.

С.Боярский: Абсолютно не имеет никакого отношения к цензуре. Мы взяли за основу немецкий законопроект…

А.Голубев: Который там еще не принят, еще не вступил в силу.

С.Боярский: Который не вступил в силу, но принят и рассматривался на протяжении длительного времени. Обсуждался там всецело.

А.Голубев: Его осуждает бизнес, интернет-сообщество, да и власти многие…

А.Гусаров: И там есть важное отличие, что если соцсеть отказывалась длительное время удалить противоправный контент, а не просто по факту его наличия.

С.Боярский: Нет, конечно. У нас тоже не по факту наличия мы собираемся кого-то штрафовать. Вы почитайте внимательно текст того законопроекта, который мы вносили. Там речь идет об отказе в течение суток рассмотреть заявку пользователя или регулирующего органа на контент, содержащий признаки экстремизма, расовой национальной вражды…

А.Гусаров: Ну, что такое сутки? Допустим, 100 тысяч заявок – как их рассмотреть за сутки?

С.Боярский: Значит, смотрите, мы ровно так написали, как написали наши коллеги в Бундестаге.

А.Гусаров: А зачем вы копируете?

С.Боярский: Я объясню вам, зачем.

А.Нарышкин: Копипаст – плохо!

С.Боярский: Нет, не плохо.

А.Гусаров: У них недавно гей-браки разрешили и детей усыновлять геям. Повторим?

С.Боярский: Это называется гармонизация законодательства. Нет, вот видите… Вы хотите повторения? Мы нашли повторение в такой части, на мой взгляд, нам очень подходящее…

А.Нарышкин: А кто хочет повторения, извините?

С.Боярский: Ну вот только что ваш друг и коллега…

А.Нарышкин: Это только его мнение…

С.Боярский: На это мы, наверное, точно не пойдем, Алексей, хочу вас расстроить…

А.Осин: Наоборот, он обрадовался…

С.Боярский: А что касается социальный сетей, то, безусловно, законопроект требует тонкой настройки. И мы сегодня с моим коллегой поговорили, посовещались с Леонидом Леонидовичем Левиным, председателем комитета по СМИ, воспользовались нашим правом и берем 30 дней на его доработку с точки зрения юрико-технических тонкостей, и уже в осеннюю сессию войдем на первое чтение с доработанным документом, обсудив его еще раз всецело с теми же соцсетями.
Там есть, действительно, проблемы. Например, у нас нет офиса, грубо говоря, «Фейсбука», «Твиттера». Да, они стали налоговыми резидентами по недавно принятому законопроекту и платят — у них тут есть счета – платят налоги на территории Российской Федерации. Однако мы бы хотели с ними работать в более тесном контакте. И мы надеемся, что они пойдут навстречу. И на такой крупной интернет-аудитории, как Российская федерация, может быть, Москве, в столице или там, где они посчитают необходимым, откроют свое представительство, с которым можно будет вступать в диалог.

Читать эфир полностью >>>

Передача «В круге СВЕТА"Тема: Метро — сегодня и завтра!

С. Сорокина – Возвращаясь к вопросам, которые приходят и приходят в sms. Жалуются на то, что бомжей много в вагонах можно встретить. Особенно видимо, вечером под ночь. И кстати бродячих собак.

Р. Латыпов, первый заместитель начальника Московского метро — Могу сказать, что работу наша служба безопасности проводит по пресечению проезда таких граждан в метрополитене. Особенно когда они нарушают правила проезда. И на самом деле их становится меньше. То есть это и объективная статистика. Если кто-то ездит в метрополитене постоянно, я думаю, точно это замечает.

С. Сорокина– А как с вандализмом?

Р. Латыпов — Вандализм, безусловно, в метрополитене московском есть. Учитывая просто то, что 8,5 миллионов человек каждый день проходят, разумеется, какой-то есть. Но мы сравнивали также уровень вандализма с уровнями других стран, европейских стран. И США в том числе. И азиатских метрополитенов. И могу сказать, что у нас достаточно невысокий уровень вандализма. Понятно, что бывают отдельные всплески. Но в целом даже они сейчас сглаживаются.

С. Сорокина – Это вы так просто оптимистично говорите или действительно так и есть. Ну как по правде. Такое ощущение, что не уменьшается.

Р. Латыпов — На самом деле, во-первых, уменьшается. И в целом к любой инфраструктуре, когда что-то новое возникает, происходит просто действительно какой-то всплеск. Я сам помню, когда запустили МЦК, почему-то люди изначально пытались снимать чехлы с сидений.
Такие были вещи. Но потом они пошли на спад. В том числе благодаря тому, что охрана была усилена. И сейчас этого практически нет.

Читать эфир полностью >>>

Передача «Разбор полета»

В.Ерофеев, писатель Там была масса всяких и смешных и невероятных моментов, потому что отец был очень привержен Кремлю и не только потому, что он был личным переводчиком Сталина с французского, то есть он переводил и де Голлю и потом дружил даже с де Голлем. Начал он Сталина переводить в 24 года, в общем, мальчиком еще был совсем. Приехал из Швеции. Первый его дипломатический пост был во время войны у Коллонтай. Он был ее личный политический секретарь. Приехал в Москву, и Молотов взял его в свой секретариат, и он стал помощником Молотова. Он разрабатывал концепцию «холодной войны» со стороны Советского Союза. В общем, все было круто. Но все равно

Был интересный момент, что в нашей семье какого-то безумного поклонения Сталину не было. Когда мне было 5 лет, хорошо помню, к нам пришел сын Подцероб. А Подцероб возглавлял секретариат Молотова, то есть он был повыше Папы, и мы жили в подъезде, кстати, где еще был Власик – вот тот самый знаменитый Власик, который был начальником охраны Сталина. Поэтому там машины стояли все начищенные как сапоги: стояли ЗИСы шикарные у нас во дворе, и в нашем подъезде дежурила охрана. Мыли в квартире чуть поменьше, а с другой стороны парадного был Подцероб Борис Федорович, такой известный тоже крутой деятель сталинских времен. И пришли его дети на мой день рождения: Леша, который потом стал послом и Кирюша, который потом, надо сказать, ушел в бомжи – такая расстановка сил была.

И Леша на моем дне рождения поднял томатный сок и сказал: «Первый тост за товарища Сталина». Хорошо помню это. И я тоже потянулся стаканом томатного сока, но я увидел прохладные глаза мамы и папы и понял как-то, что в общем, они не поощряли меня. То есть, видимо, я чокнулся – я уже дальше не помню, — то такая была остановка. И вообще, получалось, что все-таки в наш ей семье Деда Мороза любили, если говорить про богов, чем Сталина.

А потом случилась интересная история, которая дальше раскручивалась. Вообще, эту историю бесконечно можно рассказывать, но я конкретно об этой. Когда Сталин умер, мама плакала, я помню, а отец нет, хотя он был, казалось бы…

Читать эфир полностью >>>

Передача «Выбор ясен»ТЕМА: Судебная реформа

Е.Ясин: Я хочу сказать, что тогда, когда начались рыночные реформы, тогда вот определенными рамками они уже были обставлены. Например, цены рыночные, свободные, валюта тоже, колеблющийся курс – это было в июне 91 года, 92 года принято – затем, свобода заключения контрактов, никакой нет плановой дисциплины и так далее, и т.п. Для того чтобы какой-то результат был. Результат был тот, что люди, которые были бойчее, более энергичные, активные, начали пользоваться этими моментами, стали создавать класс предпринимателей, а из класса предпринимателей выросли олигархи, и в России не было привычки к закону настоящему, а его просто и не было.

Я вспоминаю историю, как Мавроди создал компанию МММ – она была абсолютно несправедливая, потому что она строила всю политику на том, чтобы снимать деньги и потом кому-то не вернуть. Это было совершенно ясно. Те люди, которые понимали, работали в правительстве, они говорят – надо что-то делать, надо принять закон новый. А закона такого не было. И понимаешь, если ты просто обращаешься к тем законам, которые были изданы при советской власти, они все рыночную экономику запрещали. А как регулировать в условиях рыночной власти, вот тогда, когда начал расти рынок, когда появился Гусинский, Березовский, Ходорковский, Потанин и так далее – это были очень богатые люди. Откуда? От того, что появилась возможность свободной торговли, они в ней обрели авторитет. А дальше, когда они обрели авторитет богатства, они получили инструмент давления на других граждан. И это уже было несправедливо.

А почему они получили такие возможности? А потому что нормальной законодательной системы — другой, чем советская для плановой экономики, та, которая подходила бы для рыночной экономики, и для политической демократии – ее не было. Ее надо было создавать. В чем заключалась прелесть этой концепции 91-го года, которая была утверждена в 91 году? Это концепция судебной реформы. Она как раз имела те преимущества, что она должна была создать ту основу, которая бы дополняла рыночную экономику, делала ее справедливой и позволяла дальше спокойно развиваться. Но это тогда не вышло. Кто помешал? Я прошу прощения, я скажу так, что, прежде всего, помешали крупные новые предприниматели, олигархи, которым это было не надо.

Читать эфир полностью >>>

Фрагмент Ганапольское. Итоги без Евгения Киселева.

На этой неделе огласили приговор то ли убийцам, то ли не убийцам Бориса Немцова, и все разговоры были вокруг того, убийцы они, или нет. Ну, давайте этот круг уже не повторять, и поговорим о другом. Вы знаете, что при голоде, который был не раз в СССР, при Голодоморе, к примеру, люди доходили до каннибализма. Вот я хочу сказать, что в политическом смысле мы до него дошли. Посмотрите, что сейчас происходит с Навальным – все просто обгладывают его как тот последний кусок хлеба. И что интересно – не противники уже обгладывают, а сторонники. Можно сказать, что все просто перессорились. И я вам скажу, почему.

В нормальной стране, если ты сторонник оппозиции, тебе не нравится, что делает твой лидер, то ты переходишь к другому, тоже оппозиционному лидеру. Но у нас этого нет. И все мы стали похожи на путинцев, которым, может Путин и не нравится, да другого нет. И страна уже летит в пропасть, а ты все вынужден Путина любить, причем, извращенным образом, то есть, оправдывая любые его действия. Ибо нет у тебя никого другого. Просто физически нет. И когда выборы, то ты за Путина голосуешь, ибо нет никого другого – только он один.

Так и  с Навальным. Какую бы фигню он  ни придумал, ты убеждаешь себя, что голосовать надо за него, потому что он один, нет никого больше. И ты придумываешь себе оправдание, что главное расшатать лодку и свалить Путина. Точно так же, как «путинцы» оправдывают Путина, что нужно эту лодку не раскачивать, и  именно Путин не даст ее раскачать. И главное, что обе стороны договариваются, как бы виртуально договариваются не лезть в детали. А ведь в них самое главное.

Думаете, что я пишу о Навальном и Путине? Нет, я о Немцове. Его убийство чудовищно тем, что убийцы превратили навального в Путина, лишив нас выбора на оппозиционной площадке. Если бы был жив Борис, еще неизвестно, кто владел бы сейчас оппозиционными умами. Ничего не хочу сказать плохого о Навальном, он в сложной ситуации, но политик всегда должен быть в сложной ситуации. Так вот именно Навальному сейчас и не хватает Немцова. Не нам с вами, а именно Навальному. Ибо если бы их было двое, то они бы дрались за народ и немного меньше делали глупости, которые сейчас будут совершены. Вот этих вот глупостей, которые сейчас будут совершены, их бы было значительно меньше. Вот почему выстрел в Немцова это выстрел во всех нас, во всю Россию. Выстрел с далеко идущими последствиями.

Читать эфир полностью >>>>>>>

Передача «Не так»

Австралийцы на самом деле считают, что это пример абсолютно подлого поведения со стороны британцев. Дело в том, что два человека Морант и Хэндкок были приговорены к смертной казни и были расстреляны, по-моему, через 18 часов после вынесения приговора. А 3-й лейтенант Джордж Уиттон был тоже приговорен к смертной казни, но ему Китченер заменил ее пожизненным заключением, а потом уже Палата Общин в 4-м году его просто амнистировала. И в 907-м году он в Австралии публикует книжку, которая называется «Козлы отпущения империи» — «Scapegoats of the Empire», в которой он излагает свою версию произошедшего, и в которой говорится прямо, что англичане все хотели вот этим процессом свалить на нас, австралийцев. Они сами совершали многочисленные военные преступления, вели себя черте как, но своих они судить не хотели, обрадовались тому, что вот попались другие. Вот особенно подробно рассматривали дело этого убитого неизвестно кем немца, потому что не хотели неприятностей с немцами в Европе раньше времени, что вот этот приговор… что таким вот образом суд имитировал строгость к собственным военным преступникам. Это должно было содействовать заключению мирного договора. Он действительно будет подписан вскоре после завершения этого суда, в мае 902-го года. Действительно некрасиво выглядит. Это сейчас и британские историки признают то, что было из 6 обвиняемых 5 были наказаны, трое приговорены к смертной казни, но одному заменена. Лейтенант Пиктон был подвергнут процедуре гражданской казни. То есть он был лишен всех прав, состояния. А майор Ленехан получил выговор и был снят с должности. Ну, он на самом деле не принимал никакого участия во всех этих убийствах. Он максимум, что… вот он не обращал на них внимания. А единственный человек, единственный британец, капитан Альфред Тейлор, среди обвиняемых был полностью оправдан.

Дело в том, что потом уже, когда со всем этим разбирались достаточно подробно, Альфред Тейлор – это одна самых мерзких фигур в британских частях во время англо-бурской войны, человек, который был замазан, ну, в самых омерзительных вещах: в массовых убийствах гражданских лиц, военнопленных. И такой вот штришок к его портрету: он уже после войны будет признан виновным в том, что он продавал оружие бурам.

Кому война, а кому мать родна. Опять-таки вспоминается чеченская война. И помните, эти обвинения о том, что как-то вот слишком много российского оружия было у, значит, чеченских боевиков. То есть, безусловно, были такие Альфреды Тейлоры и в российской армии. Ну, я думаю, что такие есть практически в любой затяжной войне.

Читать эфир полностью>>>>>

Передача «Дилетанты»

Но в целом жизнь Петрограда действительно определялась одним словом, это усугубляющаяся разруха как в сортирах, так и в головах. И это сказывалось ежедневно, ежечасно, это сказывалось и в снабжении города продуктами. Я напомню, что голодные бунты, которые привели собственно к событиям февраля, они начались во многом из-за того, что прошел слух о введении хлебных карточек. Вот карточки были введены не только на хлеб, карточки вводили на разные другие продукты питания. Была идея о введении карточек на промышленные товары, потому что их катастрофически не хватало.

Большой вопрос, почему. Потому что, например, с весны 1917 года острейший кризис обуви наблюдался, и прислуга, та прислуга, которая, конечно, не бросила сразу своих хозяев, а были и такие случаи, их было много, но вот та домашняя прислуга, которая как-то еще придерживалась старого порядка вещей, она, например, отказывалась стоять в очередях, чтобы не снашивать обувь. И обувной кризис был невероятно глубок. И вот где-то в июне-мае собираются всякие разные комиссии – а это, кстати, тоже очень важно, когда мы говорим слово «комиссар», нам все время кажется, что это такое слово, которое связано уже с большевиками и с Россией после октября 1917 года – нет, слово «комиссар» невероятно популярно уже с февраля, и почему? Комиссары – это те, кто возглавляет самого разного рода комиссии, а вот комиссии создаются по любому поводу.

Это немножко похоже на то, что происходит сейчас — как только появляется какая-то проблема, создается сразу же какая-то комиссия, президиум, ну что-нибудь, что должно эту проблему решать. Вот то же самое было. И вот собирается очень много разных комиссий именно по снабжению Петрограда обувью, они делают ревизию имеющихся запасов товарных, и они собирают представителей самых разных обувных фабрик, которых много в городе. Мы знаем самые крупные, которые сохранились в советские годы, это «Скороход» и резиновая мануфактура «Треугольник», так вот, они имеют колоссальные запасы обуви на складах, они ежемесячно производят тоже огромное количество пар, даже, в общем-то, уже в середине лета, и тем не менее обуви не хватает. Это, конечно, огромные спекулятивные совершенно операции, которым, видимо, вся страна была подвержена, но Петроград в особенности.

Читать эфир полностью>>>>>

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире