currenttime

«Настоящее время»

26 апреля 2017

F

Журналист питерского издания «Мой район» поссорился с двумя влиятельными питерскими единороссами — после вопроса о повышении зарплат депутатам. Повестку о призыве ему вручили прямо во время работы в законодательном собрании города — военком в сопровождении двух полицейских лично поймал корреспондента около здания парламента. Но в армию молодого человека отправить все равно не удалось — он настоял на прохождении альтернативной службы

«Стыдно получать всего 140 тысяч рублей» — с этих слов депутата-единоросса Андрея Васильева из Петербурга начался конфликт Сергея Кагермазова с политиками. Репортер Сергей Кагермазов попросил прокомментировать требование поднять зарплаты главу палаты, единоросса Вячеслава Макарова. В ответ председатель возмутился, и при каждом удобном случае стал указывать журналисту, что тот не служил в армии.

«Долг это священный для каждого гражданина РФ. а тем более, если мы говорим, что человек должен быть настоящим мужчиной, он должен обязательно служить в российских вооруженных силами и силовых структурах. Я еще раз подчеркиваю, это обязанность каждого гражданина и настоящего мужчины», — говорил Макаров.

Кагермазов отвечал, что готов пройти альтернативную службу — то есть работать, например, в больнице. Это законно. Тем не менее, спикер настаивал, что так называемая АГС — не для журналиста. Повестку корреспонденту «Моего района» вручили прямо на выходе из здания парламента. Документ доставил лично глава районного военкомата.

«Рядом с военкомом стояли двое полцейских. Когда я спросил: «Они с вами?» мне сказали, что нет. Но потом они вместе ушли. Не взять повестку я не имел права. Самое интересное — один из полицейских все снимал на камеру», — вспоминает Кагермазов.

Сегодня Кагермазов пришел в военкомат. Там его случай рассматривали больше десяти экспертов. Готовы были к встрече с типичным уклонистом, но оказалось, что репортер уже давно пишет заявления с просьбой пройти альтернативную службу. Уже много лето он — убежденный вегетарианец и пацифист.

«У меня есть почтовые отправления, документы — 2011 и 2010 годы еще. Убеждения у меня сформировались еще лет в 14. Благодаря ним я узнал, что есть альтернативная служба; как только я чувствовал, что попадаю под призыв, писал заявления, как положено по закону», — говорит он.

В призывной комиссии к неприятию военной службы Кагермазовым отнеслись неприязненно. Пытались приводить в пример подвиги времен Великой Отечественной войны.

Вместе с Кагермазовым на призывной пункт пришли больше десятка журналистов и депутат Борис Вишневский. Возможно, именно из-за присутствия прессы члены комиссии всего за пять минут одобрили заявление об альтернативной службе. Кем и где будет служить журналист, в военкомате решат только следующей осенью. А до этого времени он сможет задать другие неудобные вопросы депутатам петербургского парламента, которым стыдно за свою скромную зарплату.

Оригинал

Бывшая ведущая ТВ2 Мелани Бачина в павильоне томской телекомпании – впервые за два года. Заходить сюда не хотела – слишком живы еще воспоминания о прямых эфирах, ток-шоу и телемарафонах. Сейчас павильон снимают арендаторы. Все, что осталось от последнего эфира одной из первых независимых телекомпаний в России, убрано в дальний угол.

«Вот мой стул… подушечки до сих пор так и остались… потому что я же последняя вела [эфир]», – вспоминает Бачина в студии телеканала.

В ноль часов 1 января 2015 года РТРС отключила ТВ2 от эфира, в одностороннем порядке расторгнув договор на услуги связи. А 8 февраля журналисты ТВ2 попрощались с городом и в кабеле. Из 150 сотрудников, телекомпании пришлось сократить больше 130.

«Практически для каждого – это была личная драма. Это была не просто потеря работы, это была в каком-то смысле для некоторых – потеря профессии. Потеря смысла», – говорит Мелани Бачина.

Кто-то ушел из профессии. Кто-то уехал из Томска и начал все с нуля. Как президент Томской медиа группы Аркадий Майофис. Сейчас основатель ТВ2 раскручивает семейный бизнес по производству сладких сувениров в Израиле. После смерти телекомпании у ТВ2 тоже началась новая жизнь. В интернете.

В штате агентства новостей ТВ2 – всего десяток человек. Юлия Корнева на ТВ2 с середины 90-х. После закрытия телекомпании перешла на сайт, работать на оставшихся в городе государственном и губернаторском ТВ просто не смогла бы.

«Дух того, как мы писали материал, он, конечно, остался. У нас нет цензуры. Те, кто хотели убрать нас с этого информационного поля, они, возможно, сделали нам хорошо. Потому что молодое поколение и среднее — они читают новости в интернете. Они не приходят, не садятся в 9 часов включать новости Час Пик», – говорит журналистка.

Бессменный главный редактор ТВ2 Виктор Мучник с продюсером сайта согласен.

«У нас есть имя, нас знают. У нас есть профессиональные журналисты. У нас есть доверие нашей томской аудитории, которая ходила на митинги зимой, пытаясь нас защитить. Наконец, у нас есть новые возможности. Мы сейчас можем не ограничиваться Томском, как информационной площадкой, работать в Сибири – работать, в общем, где угодно», – рассказывает Мучник.

Митинг в поддержку ТВ2. 2014 год

Митинг в поддержку ТВ2. 2014 год

Истории от ТВ2 и сейчас широко расходятся по сети, например, случай Дениса Карагодина, томича, который ищет палачей своего прадеда Степана. ТВ2 и само периодически становится ньюсмейкером. Так, предлогом для отказа компании в лицензии стало якобы наличие двойного гражданства у ее главреда Виктора Мучника. Он написал письма в посольства 144 стран мира с просьбой этот факт подтвердить или опровергнуть. Ответы приходят до сих пор.

ТВ2 продолжает судиться с государством. В августе 2016 арбитражный суд признал незаконным отказ Роскомнадзора о выдаче лицензии на вещание радиостанции «Европа плюс-Томск», входящей в состав Томской Медиа Группы. По сути, это означает, что и отказ в выдаче лицензии телекомпании ТВ2 также можно считать незаконным.

«Мы хотим, чтобы как можно больше информации в ходе судебных заседаний вскрылось, и да, я хочу, чтобы каждый судья, на своем месте, стоял перед дилеммой – судить по закону, или судить, как приказали», – рассказывает Мучник.

ТВ2 продолжает существовать не только как сайт. Но и как акция «Бессмертный полк», которую пять лет назад придумали ТВ2-шники Сергей Лапенков, Сергей Колотовкин и Игорь Дмитриев. Как благотворительный фонд Обыкновенное чудо. И как необычный формат городских экскурсий с журналистом Алексеем Багаевым, которые стали своеобразным продолжением проекта «Экспедиция ТВ-2», жившего в эфире телекомпании десяток лет.

«Люди продолжают выражать симпатию к телекомпании, которой уже не существует. Возможно, это симпатия в том числе и ко мне. И это очень приятно», – говорит Багаев.

«Есть очень и простая и понятная вещь, как репутация. Как бренд. И если они настоящие, то они – бессмертные», – говорит бывший журналист ТВ2 Мелани Бачина.

Оригинал

СМОТРИ В ОБА: Кто «топит» за победу Марин Ле Пен и как работает фабрика выдуманных новостей в Голландии — об этом в программе Андрея Черкасова, посвященной разоблачению фейков в СМИ.

В Нидерландах, решили действовать по принципу: «Фейк фейком вышибают». В Голландии открылась официальная фабрика интернет троллей, то есть придумывать и распространять лживые новости можно вполне легально. Кто это делает и зачем?

Франция — накануне исторического голосования. Первый тур выборов 23 апреля, скорее всего, спокойно проходят Эмануэль Макрон — лидер независимого движения «На Марше» и Марин Ле Пен — глава Национального Фронта. Последнюю часто сравнивают с Трампом. Оба известны популистскими заявлениями. Про обоих говорят, что в их успехе заинтересованы российские власти. Ле Пен и  не скрывает, что брала российские деньги на свою предвыборную кампанию в прошлом. Французские журналисты предполагают, что может получить их и в будущем. Российские государственный СМИ раньше превозносили Ле Пен как единственного стоящего кандидата, но перед выборами стали вести себя осторожнее, ведь впереди еще второй тур, а там победа Ле Пен не очевидна.

«Топить» за Ле Пен в наши дни пытаются и в США, делают это в основном в соцсетях идейные сторонники Трампа.

«Я в прошлом футболист, а в спорте важен не столько счет, сколько конечный результат — победа,» — заявил турецкий президент Эрдоган по итогам конституционного референдума. Турция фактически становится президентской республикой, вся власть в стране концентрируется в руках одного человека. Победа Эрдоргану далась с трудом — перевес меньше чем три процента, на уровне статистической погрешности. Турецкое общество разделено практически пополам. Европейский наблюдатели, следившие за ходом голосования, признали победу Эрдогана, но раскритиковали методы, которые использовали турецкие власти для агитации среди избирателей. Административный ресурс, подконтрольные СМИ, преследование несогласных — методы хорошо знакомые, к примеру, российским избирателям. При этом Эрдоган все равно не получил абсолютной поддержки.

«Смотри в оба»— программа о новостях и тех, кто их делает. О фейках и сенсациях, о невольных ошибках и сознательных манипуляциях. «Смотрите в оба» — каждую неделю на канале «Настоящее Время».

Оригинал

Авторы: Майк Экель, Войтек Гройец и Эймос Чаппл

Мартин Манхоф работал в СССР в начале 1950-х. Время и место говорят за то, что он был шпионом. Фотографии, которые после него остались, свидетельствуют, что не только.

В разгар холодной войны

Мартин Манхоф покинул Советский Союз 1 июня 1954 года – через два месяца после того, как одна из центральных советских газет обвинила его и трех других американских военных атташе в том, что во время своей поездки по стране они занимались шпионажем.

Нет никаких прямых подтверждений тому, что Манхоф занимался в СССР именно шпионажем. В его армейских бумагах шпионаж в качестве официальной обязанности не указан. Американские власти отказались официально комментировать появившуюся в «Труде» заметку, в которой утверждалось, что в ходе поездки по Транссибирской магистрали американцы фиксировали в блокноте различные объекты инфраструктуры. Американские спецслужбы и сегодня отказываются обсуждать этот вопрос: официальный представитель ЦРУ заявил Радио Свобода, что управление «не раскрывает статус сотрудников даже после их смерти».
Майор Манхоф участвовал в Нормандской операции во время Второй мировой войны.

Зато нет никаких сомнений в том, что майор Манхоф, участник Второй мировой войны, награжденный за смелость, был не просто фотографом-любителем.

2720936

В феврале 1952 года, когда он приехал в Москву, окна американского посольства выходили на северо-западную стену Кремля – идеальное место для наблюдения за приездом и отъездом членов Политбюро и прочих официальных лиц.

Судя по качеству фотографий, сделанных Манхофом за 27 месяцев в СССР, у него был доступ к фотооборудованию, еще не выпущенному в широкую продажу. На некоторых контейнерах для пленки, обнаруженных среди вещей Манхофа, стоят отметки «Конфиденциально», «Совершенно секретно», «Собственность ВВС США», то есть, вероятнее всего, его работа была хотя бы отчасти связана с секретностью.

В личных записях Манхофа есть свидетельства, что он прошел подготовку, необходимую для допуска к секретной службе. В год своего отъезда в Москву он получил допуск к криптографической информации, а затем прошел трехмесячный курс в военной Школе стратегической разведки. Курс, судя по всему, должен был научить Манхофа отправлять и получать шифрограммы и другие сообщения.

Одна из бумаг, обнаруженных среди документов Манхофа, свидетельствует, что через три года после возвращения в США он пытался устроиться на работу в ЦРУ.

Но многое говорит и том, что Мартину и его жене Джен (на момент переезда в Москву их браку было всего три года) просто нравилось путешествовать, что ими двигала прежде всего любознательность.

До войны Мартин получил степень бакалавра искусства в Вашингтонском университете, а после войны занимался в институте искусств Нью-Йоркского университета. Джен тоже изучала искусство – с перерывом на годичную работу в Красном Кресте.

Письма, которые Джен писала друзьям и родственникам, свидетельствуют о живом интересе к советской повседневности. С явной досадой она рассказывает о подозрительности, с которой им пришлось столкнуться в СССР.

«Никаких контактов с русскими установить невозможно – напрямую мы сталкиваемся только с обслуживающим персоналом и продавцами в магазинах», – пишет она в одном из писем (без даты). «Поговорить с русскими можно разве что в поезде, но и тут чувство предосторожности не дает им выйти за рамки поверхностной болтовни».

В условиях оттепели, последовавшей за смертью Сталина в марте 1953 года, с иностранцев сняли некоторые ограничения – в том числе на поездки по стране и фотографирование на улицах. В ответ на обвинения в шпионаже, выдвинутые против Манхофа и его коллег газетой «Труд», «Сиэтл Таймс» отмечала: «Теперь американцы и люди из других западных стран отправляются в путешествия по разрешенным маршрутам почти каждую неделю».

Эти послабления дали Манхофам возможность время от времени отвлекаться от московской жизни, а Джен – посетить Украину, где родилась ее мать.

Все наши планы регулярно информировать вас, дорогие мои, о том, что здесь происходит, потерпели полный провал. Советские новости уже несколько месяцев не сходят с первых полос мировых газет; из разнообразных сообщений нашей прессы вы наверняка знаете больше, чем мы здесь. Врачи-убийцы, смерть Сталина, исторические похороны – здесь столько всего происходит, что мы уже готовы были просить отпуск, чтобы побольше узнать об этом на Западе.

Джен Манхоф. 10 августа 1953 г.

«Марти только и думает, что о путешествиях», – пишет Джен в конце 1953 года. «Спланирует одну вылазку – и тут же тянется за картой, чтобы придумать следующую».

По мнению Дугласа Смита, историка из Сиэтла, благодаря которому были обнаружены документы, письма, цветные фотографии и 16-миллиметровые кинопленки, оставшиеся после Манхофа, художественный уровень отснятого заставляет думать, что в объектив смотрел отнюдь не шпион, а подающий надежды фотограф.

Складывается впечатление, что ему была интересна советская жизнь как таковая, а не только сведения, которые могли иметь военную или дипломатическую ценность”, – говорит Смит. «Хорошо, пусть он был шпионом, но тогда почему все эти материалы хранились у него дома?»

Примерно через месяц после отъезда Джен и Мартина из Москвы – и через четыре месяца после того, как «Труд» публично обвинил американцев в шпионаже, – в прессе стали появляться первые намеки на то, что происходило за кулисами дипломатической сцены. 6 июля 1954 года «Нью-Йорк Таймс» сообщила, что по обвинению в шпионаже из США были выдворены три советских дипломата – двое в феврале и один в июне.

О высылке не сообщалось публично, но Манхофу и американскому посольству в Москве об этом наверняка было известно. В другой статье в «Нью-Йорк Таймс» цитировалась дипломатическая нота советского МИДа, требовавшая высылки из СССР двух американских военных атташе – коллег Манхофа, вместе с которыми он ездил по стране. Советский МИД требовал их высылки.

О самом Мартине Манхофе в этом документе речи не идет.

«Нью-Йорк Таймс», кроме того, сообщила, что американское посольство в Москве отвергло всякую причастность двух военных (как и других сотрудников посольства) к «деятельности, несовместимой с дипломатическим статусом». Представитель Госдепартамента сказал газете, что «советские власти, очевидно, выдвинули эти обвинения в ответ на недавнюю высылку из США трех российских официальных лиц, обвиненных в шпионаже и ненадлежащих действиях в нашей стране».

2720938

Через пять месяцев после возвращения из СССР Мартин Манхоф был уволен из армии с положительной характеристикой. Они с Джен вернулись в родной Сиэтл. Позже супруги открыли магазин неподалеку от Кирклэнда, где продавали товары для дома со всего мира. В 1956 году о них писала местная газета.

Детей у Мартина и Джен не было. Всю жизнь они прожили в Кирклэнде в одноэтажном неприметном доме, стоявшим на одной из главных магистралей и прятавшимся от дорожного шума за высокой живой изгородью.

Мартин не только управлял собственным магазином, но и помогал отцу, державшему багетную мастерскую в Сиэтле. Позже, когда доходов магазина стало не хватать, он устроился налоговым инспектором. Джен продолжала заниматься искусством – делала акварели, оформляла текстиль, пробовала себя в других техниках.

Мартин умер в сентябре 2005 года. Джен пережила его на девять лет. Распоряжаться оставшимся после них имуществом они завещали своим друзьям. Одна из подруг Джен, попросившая не называть ее имени, чтобы не привлекать к себе внимания прессы, рассказывает, что Манхофы никогда ничего не выбрасывали: дом был под завязку набит старинными вещами и безделушками, привезенными из путешествий, а также подшивками разных журналов и прочими подобными вещами. Все, чтобы можно было продать, она продала на аукционе, выручка с которого пошла в специальный фонд, учредить который предписывалось в завещании.
После возвращения из Москвы Манхофы попытались превратить в бизнес свою любовь к искусству и путешествиям.

Рядом с домом, в помещении бывшей автомастерской, некогда принадлежавшей отцу Джен, подруга обнаружила высившиеся до потолка штабеля картонных коробок. Там она обнаружила армейский сундук Мартина и его старую офицерскую форму. Там же нашлись распределенные по разным коробкам военные записи, личные документы и сувениры.

В общей массе терялись коробки со слайдами и негативами. Кроме того, подруга увидела серые круглые контейнеры с 16-миллиметровой кинопленкой.

Занятая сортировкой вещей в основном доме, подруга в июле 2016 года обратилась к Смиту с просьбой помочь ей разобраться с тем, что в конце концов стало Архивами Манхофа.

Смит, по его словам, был ошеломлен. Особенно его поразили цветные фотографии, сделанные в начале 1950-х, когда цветная пленка была практически недоступна широкой публике, тем более в Советском Союзе.

К некоторым слайдам прилагались карандашные пометки, сделанные на обрывках бумаги: «Фотографии из крымского путешествия», например. Часть коробок была подписана, кое-где попадались соскобленные надписи.

«Это было просто нагромождение коробок и никак не систематизированных записей», – вспоминает Смит. «Складывалось впечатление, что когда он проявил все эти материалы, он сделал их краткую опись, карандашом, потом распределил все это по коробкам и как будто забыл об их существовании».

«Так они и пролежали целых 60 лет».

Оригинал

«Кто проглядел теракт в питерском метро, поменяется ли повестка российского ТВ и как работают шведские пранкеры» — об этом в программе «Смотри в оба» Андрея Черкасова, посвященной разоблачению фейков в СМИ.

На этой неделе «горячей точкой» журналистики стал Санкт-Петербург. Российские СМИ начинают сообщать о теракте в метро моментально и сразу же в эфирах отдельных федеральных каналов звучат заявления: исламский терроризм и недавние акции протеста против коррупции — подрывают стабильность и безопасность страны. При этом практически никто не задает очевидных вопросов властям: как проглядели и допустили такой теракт спецслужбы в городе, где в этот день был российский президент, о какой борьбе с террористами на «дальних подступах» идет речь, когда они уже здесь и спустились в метро? А уже позже в сюжетах, к примеру на канале «Россия 1», снова знакомые нотки обиды: Европа не раскрасила в российский триколор свои здания и памятники, западные лидеры сухо и формально отреагировали на трагедию в Санкт-Петербурге и вообще вяло сочувствуют.

На трагедию в Питере мгновенно реагируют и российские социальные сети. В отличие от федеральных каналов, интернет обсуждает разные версии причин трагедии и продолжает задавать вопросы, на которые власти так и не ответили ни до, ни после антикоррупционных протестов, гремевших в России всего неделю назад. Ощущение, что в России все зрители и слушатели делятся на  две противоположные части. Страна имеет фактически две аудитории: одну в телевизоре, другую в интернете. Если верить источникам издания РБК, то в Кремле таким положением обеспокоены и думают о корректировке повестки российского ТВ. В преддверии предстоящих выборов президента, оно должно стать ближе к народу, к внутренним проблемам российского общества. На лицо явная усталость от ежедневных сводок с  «военного информационного фронта». Но эксперты РБК сомневаются, что пропаганды теперь станет меньше. Потерять контроль над телевидением для власти опасно.

Аналогичная ситуация и в «братской» Сербии. Ведь, слияние власти и СМИ — вовсе не исключительно российский феномен. У Сербии новый президент Вучич и не в последнюю очередь благодаря его влиянию на местные медиа. Как бывший министр информации времен Милошевича стал правителем с неограниченными полномочиями — еще одна тема выпуска «Смотри в оба» на этой недели.

Если в Сербии власти стремятся максимально контролировать СМИ, то, например, на севере Европы они наоборот — как можно меньше вмешиваются в работу медиа. Даже скандальные и провокационные ресурсы успешно работают, пока не нарушают законов. Пример — портал «Проверяем Швецию». Он распространяет скандальные телефонные разговоры с участием знаменитостей. Что-то вроде российских пранкеров Лексуса и Вована, но на шведский манер.

«Смотри в оба»— программа о новостях и тех, кто их делает. О фейках и сенсациях, о невольных ошибках и сознательных манипуляциях. «Смотрите в оба» — каждую неделю на канале «Настоящее Время».

Оригинал

2713760
Андрей (Ильяс) Никитин: слева – фото, которое распространили СМИ, называя его предполагаемым террористом, справа – фото в отделении полиции, куда Никитин пришел добровольно, узнав, что СМИ назвали его террористом

В эксклюзивном интервью Андрей Никитин, которого СМИ в первые часы после теракта в метро Санкт-Петербурга назвали террористом​, сообщил, что он еще не общался с юристами и пока не знает, будет ли подавать на журналистов в суд.

Никитин рассказал, что сам добровольно явился в полицию сразу же после того, как увидел свое фото – в татарском каляпуше [национальном головном уборе] – в СМИ.

Но даже после того, как с него официально сняли все обвинения, общество не оставило его в покое:

  • сначала по требованию пассажиров его сняли с борта самолета, который летел из Петербурга в Москву,
  • чудом не сняли со второго рейса,
  • в московском метро его повторно задержала полиция,
  • на работу Никитина в Нижневартовске поступил звонок с требованием его уволить.

Никитин – ​уроженец Башкортостана, имя Ильяс он взял после того, как принял ислам. Мама – татарка, папа – русский. Сейчас Никитин учится в медресе при мечети Ляля-Тюльпан города Уфы. Окончил Рязанское военное училище, капитан в отставке.

Вот что сказал в интервью корреспонденту татаро-башкирской службы Радио Свобода Андрей Никитин.

– Появилась информация, что из-за всей этой истории, вас уволили с работы. Это так?

– Стараются. Я до Нового Уренгоя еще не доехал, но мне сказали, что меня хотят уволить. Еще не встретился с начальством.

– Вы будете подавать в суд на те СМИ, которые опубликовали ваше фото за причинение морального вреда, защиту чести и т.п.?

– Я еще даже с юристами не разговаривал, как все это делать. Хотя еще в Москве мне предлагали встретиться с юристами.

– А как вы относитесь к тому, что в обществе так относятся к мусульманам? Боятся мусульман, боятся ислама…

– Я не считаю, что все общество так думает. Например, те, с кем я разговаривал из службы безопасности в Санкт-Петербурге, они провели расследование, там адекватные люди, они адекватно реагируют, я свободно выехал из Петербурга. Есть часть людей, которая негативно относится к мусульманам, но их меньшинство.

– Появилась информация, что в метро вас вновь задержали. Вас долго держали? Какие претензии предъявили?

– Нет, задержали до выяснения обстоятельств. Минут через 15 отпустили.

– Вас также сняли с рейса, потому что другие пассажиры испугались лететь в одном самолете с вами…

– Это тяжелый, сложный вопрос. Мне возместили стоимость проезда, но как это с юридической точки зрения, я не знаю, не разбирался пока в юридических тонкостях.

Когда я улетал из Петербурга, там тоже возникла такая же ситуация – негативная реакция пассажиров, но командир корабля принял волевое решение, и нас отбуксировали на взлетную полосу и мы улетели. Когда я летел из Петербурга в Москву, там решился этот вопрос, а вот в Москве меня сняли с рейса.

– То есть вы не из Петербурга, а из Москвы не смогли улететь?

– Да, я из Москвы в Уфу не смог улететь.

– Вы все время ходите в черном каляпуше, несмотря на неоднозначную реакцию прохожих?

– Он не черный, он темно-синий. Да, это моя повседневная одежда.

До недавнего времени реагировали более-менее спокойно, обращали внимание, но адекватно.

Кому-то нужно посеять рознь…

– Что вы почувствовали тогда, когда увидели свое фото в хрониках СМИ. И почему сами пошли в полицию, не испугались?

– А чего бояться? Я пошел с миром. Я пошел решать вопрос за всю умму [общину], потому что сейчас всех мусульман будут считать террористами. Поэтому.

– С вас сейчас полностью все обвинения и подозрения сняли? Никаких претензий со стороны правоохранительных органов нет?

– Нет, претензий никаких нет. Подозрения все были сняты сразу, через 12 часов вышло решение.

– А сейчас вы где, удалось уехать из Москвы?

– Да, я в Уфе, уехал из Москвы автотранспортом.

6 апреля блогер Расул Тавдиряков у себя в фейсбуке разместил информацию о том, что у матери Ильяса Никитина случился инфаркт.

В результате теракта 3 апреля в метро Санкт-Петербурга, по последним данным, погибли 14 человек: 11 скончались на месте, трое – от полученных травм в больнице.

Исполнителем теракта Следственный комитет называет уроженца Кыргызстана Акбаржона Джалилова, 1995 года рождения. Джалилов получил российский паспорт в 2011 году. В России работал мастером по ремонту машин. Родственники Джалилова остались на родине, в городе Ош.

Оригинал

В дороге

Самолеты, поезда, автомобили

В 1953 году в Советском Союзе сняли ограничения на поездки иностранцев в целый ряд регионов, и майор американской армии Мартин Манхоф и его жена Джен в полной мере воспользовались оттепелью, наступившей после смерти Сталина. Они много путешествовали, фиксируя виды, звуки и запахи российской глубинки, в которой редко бывали американцы – если вообще бывали до них.

13 мая Манхофы отправились в первую большую поездку – двухнедельное путешествие по Транссибирской железной дороге. К ним присоединились двое коллег Мартина из аппарата военного атташе при посольстве США.

Как и на протяжении всего своего пребывания в Советском Союзе, Джен фиксировала свои наблюдения в письмах к друзьям и родственникам. В восьмистраничном письме она рассказывает о долгом путешествии в поезде, часто довольно скучном: десять вагонов, в том числе вагон-ресторан, отвратительные запахи, не дающее покоя радио.

Как и во всех советских поездах, в нашем была радиоточка, и центральное радио звучало беспрерывно… В советских репродукторах всего два режима – ВКЛ и ВЫКЛ. ВКЛ значит на всю катушку. Так мы и ехали все две недели… Когда в коридоре никого не было, мы выключали эту адскую штуковину, но двое мужичков, отвечавших за наш вагон, рано или поздно подходили и, не скрывая недовольства, включали ее снова.

Джен Манхоф, без даты

2713454

Первые пять дней за окнами мелькали бескрайние поля с березовыми рощицами, на Урале их сменили «обшарпанные горы», местами поросшие сосной и елью, потом вернулась уже знакомая «скучная равнина». По дороге Мартин сделал множество отличных цветных фотографий и даже снял короткий фильм. Он продолжал фотографировать в Ачинске – городе в Красноярском крае, где они сделали остановку, и в Абакане – последней точке, куда они доехали (11 часов на поезде к югу от Ачинска).

Джен описывает, с каким изумлением ачинцы наблюдали, как четверо американцев пытаются купить еды, найти жилье и достать билеты на поезд до Абакана. «Понятно, что ничего этого невозможно было сделать, не обратив на себя внимания 99 процентов населения», – пишет она. «Один процент, не обративший на нас внимания, составляли люди, валявшиеся в стельку пьяными по углам и канавам».

СССР в те годы оставался практически закрытым для иностранцев, поэтому поездка Манхофов привлекла внимание американских медиа. В архиве обнаружилась вырезка из «Нью-Йорк Таймс», в которой утверждается, что «американцам еще не приходилось бывать в этих отдаленных районах».

Судя по всему, советские органы тоже внимательно следили за перемещением Махофов. Джен рассказывает, с каким вниманием отнесся к ним распорядитель в ресторане в Ачинске: «Пожалуй, он рассматривал нас слишком уж пристально, но ничего, кроме подчеркнутой вежливости, в этом не было». Пока Манхофы и их спутники выпивали и обедали, на сцену вышел «высокий молодой сибиряк в гимнастерке и черных сапогах до колена, натянутых поверх брюк, и ко всеобщему удовольствию заиграл на аккордеоне». Американцы купили ему пива.

«Но потом началось», – пишет Джен. «В зал вошел распорядитель – человек, который забирал у нас пальто, – и объявил во всеуслышание, что кафе закрывается. Поднялся шум, люди пытались понять, что происходит, зазвучали множество «почему?».
О путешествиях Манхофа несколько раз писали в американской прессе. Вырезка из The New York Times, 15 мая 1953.

Аккордеонист попытался сгладить ситуацию, проводив американцев русским маршем. Но у Джен осталась масса вопросов: «Неужели всех разогнали из-за нас? Что мы сделали не так? Дали официантке слишком много чаевых? Или не следовало покупать пиво музыканту? Или ресторан закрыли просто потому, что мы туда зашли? Мы никогда этого не узнаем».

В Абакане путешественников больше всего поразила гостиница.

В туалетах все удобства сводились к дырке в деревянном полу. Описания Джен изобилуют эвфемизмами.

«Перед этими последними дверями приходилось зажимать нос. Я отказывалась дышать из чистого упрямства», – пишет она. «Утром, когда уборщица наводила хоть какой-то порядок, было еще терпимо. Но к вечеру, учитывая, что туалетом пользовались не только постояльцы гостиницы, вокруг дыры было практически невозможно найти чистого места, чтобы поставить ногу».

Где бы ни останавливался поезд, мы видели движение человеческих масс. То же самое – в Абакане, где окончательно вышли из поезда, и здесь, в Ачинске снова все то же. Закутанные в лохмотья люди тащат на себе какие-то узлы больше них ростом. Узлы тоже увязаны в лохмотья, и порой трудно понять, где кончаются тюки и начинается человек.

2713452

Ничего сверх абсолютно необходимого попросту нет. Для большинства людей, которых мы встретили в этой поездке, главная проблема выживание. Нет даже проблесков цивилизации. Нет никакой гордости, люди ни к чему не стремятся… Люди жуют свою краюху и засыпают от усталости, пока ждут поезда. Все грязные, от всех воняет. Вода в дома не проведена, им трудно соблюдать элементарные правила гигиены.

Джен Манхоф, письмо без даты

В ближайшие два года Манхофы продолжат свои путешествия. Они съездят в Мурманск – портовый город за Северным полярным кругом, где располагалась база советского Северного флота. Оттуда они на поезде отправятся в Архангельск. Побывали Манхофы и в Киеве – тогда столице Украинской ССР.

В октябре они прилетели в Крым. Передвигаться по острову можно было только на машине. Из Симферополя они съездили в Бахчисарай, в Алупку и в Ялту – знаменитый курортный город, где на конференции 1945 года Рузвельт, Черчилль и Сталин решили послевоенную судьбу Европы. В Крым с Манхофами ездил еще один американский военный атташе – подполковник Говард Фелчин.

В письме от 4 ноября 1953 года Джен сравнивает черноморское побережье Крыма с Италией и удивляется, насколько несоветским оно кажется даже западному человеку, свыкшемуся с московской жизнью.

«Было странно видеть везде русские вывески, надписи и объявления – только они и напоминали, что здесь тоже их земля, потому что если бы не люди и не язык, можно было бы подумать, что находишься в какой-то другой стране», – пишет она.

Где бы мы ни появились, все относились к нам очень хорошо, как будто мы были у них в гостях. Мне кажется, они с удовольствием позвали бы нас домой, если бы власти этого не запрещали. В Украине к нам проявляли огромный интерес.

Джен Манхоф, 4 ноября 1953 года

На следующий год, в марте 1954-го Мартин и трое других военных атташе, в том числе и Фелчин, отправились в Хабаровск – город на границе с Китаем, и снова проехали через всю страну. Джен с ними не было.

За этой поездкой, судя по всему, пристально следили. 25 марта «Труд» – печатный орган Всесоюзного центрального совета профсоюзов – опубликовал письмо, которое будто бы прислал в редакцию проводник, работавший на поезде №4 Москва – Владивосток. Автор жалуется, что американцы всю дорогу что-то помечали в своих блокнотах.

Авторы «были удивлены наглостью, с которой некоторые представители капиталистического мира ведут свою шпионскую работу в нашей стране», – говорилось в письме.

Кроме того, в газете напечатали фотографию исписанной от руки странички, на которой по-английски перечисляются все попадавшиеся по пути объекты инфраструктуры, в том числе мосты и промышленные предприятия. Газета утверждала, что заметки делались американцами и что страничку нашли потом в их купе. В статье приводились их имена и военные звания.

26 марта «Нью-Йорк Таймс» заявила на первой полосе, что «Труд» фактически обвинил четверых американцев в шпионаже. Примечательно, что даты их поезки «Таймс» указала неверно.

«Сиэттл Таймс», ссылаясь на американские телеграфные агентства, тоже сообщила о выдвинутых в «Труде» обвинениях и обратилась за комментарием к матери Мартина Манхофа. Та, в свою очередь, отвергла все обвинения и сказала, что в июне истекает срок пребывания ее сына в Москве.

«Надеюсь, ему удастся оттуда вырваться, – цитирует газета мать Манхофа. – Мне будет гораздо лучше, когда он вернется домой».

Никаких немедленных действий за опубликованными в «Труде» публичными обвинениями не последовало. Мартин проработал в Москве еще два месяца, и за это время им с Джен даже удалось съездить в Киев.

1 июня на поезде №30 Москва – Хельсинки Манхофы навсегда покинули Советский Союз.

Оригинал

Власти Самарской области организовали Общественный форум «Экстремизму — нет», в котором, по официальным данным, участвовали почти 2,5 тысячи человек — в основном студенты.

Мероприятие, ради которого учащихся сняли с занятий, продолжалось около трех часов. Присутствующих не выпускали из зала. Настоящее Время прослушало все три часа трансляции и выбрало самые типичные выступления, в которых студентам объясняли опасность участия в оппозиционных митингах.

В самом начале форума ведущий сообщил, что в зале присутствуют почти 2,5 тысячи человек:

  • полторы тысячи студентов и сотрудников вузов города,
  • 750 учащихся средне-специальных учебных заведений,
  • 160 директоров школ.

«Последнее время нас беспокоит, что отдельные лица, отдельные организации, выступают с такими платформами, которая разрушает стабильность. Экстремизм, силовой захват власти, силовое удержание власти, силовое изменение конституции страны, вы понимаете, какие лозунги?» — объяснил ведущий, ректор самарского медицинского университета Геннадий Котельников.

Он напомнил собравшимся, что в минувшее воскресенье в Самаре прошел оппозиционный митинг Он нам не Димон» — НВ). Ректор подчеркнул, что организаторам «было отказано, были причины, официально отказано» в согласовании акции.

Присутствующим раздали листовки с лозунгом «Очередная революция? Что дальше» и диски с фильмом, который выпустила местная телекомпания. Этот же фильм в первый час форума показали на большом экране, на него ссылались почти все выступавшие.

«Сняли с пар, посадили в автобус и привезли, — жаловались студенты, — и да, здесь очень много ментов». Вдоль стены зала стояли курсанты в военной форме.

Выступление губернатора Самарской области Николая Меркушкина прервал слепой студент юрфака самарского университета Валерий Ремизов. Он пронес в зал гитару, и начал петь частушку «Коленька, Коленька, какой же ты убогенький».

«Это для меня не ново. Это наши оппоненты с какого-нибудь вуза. Они не хотят, чтобы вы услышали то, что мы хотим сказать», — ответил Меркушкин и попросил дать студенту микрофон, чтобы он высказал свои претензии.

Студент Ремизов сказал, что его не устраивает качество дорог в городе. «Хорошо, спасибо вам», — попытался закончить его выступление глава региона и продолжить свою речь. В это время к студенту подошли сотрудники полиции, чтобы вывести его из зала.

— Обидно одно… — продолжал губернатор.

— И мне обидно, Николай Иванович. Мне обидно за мой город, за то, что молодежь нормальную воспринимают как врагов в этой стране!

— Ведь это не просто человек пришел, его послали, — объяснял Меркушкин.

— Меркушкина в отставку! — кричал Ремизов.

— Спасибо, — ответил губернатор.

После этого полицейские вывели студента из зала.

Николай Меркушкин, губернатор Самарской области

— Я уже работаю 20 лет руководителем, я абсолютно отвык от того, чтобы кто-то во время подобного уровня мероприятия кто-то вставал и уходил. Вообще от этого я отвык. Здесь это на каждом шагу. Здесь наш актив. Здесь наши лучшие люди — встали и ушли, встали и ушли, встали и ушли.

Это о чем говорит? Неужели вы никакой ответственности взять на себя? Неужели мы не хотим понять, к чему все это может привести? Или мы в крови будем в очередной гражданской войне, или мы будем шаг за шагом становиться сильнее, сильнее, и благополучнее жить.

— Я знаю что будет море лжи. Ведь тот фильм, который раздавали, Генеральная прокуратура уже дала заключение, что этот фильм — лживый. Что там только сплошная ложь. Собственность в этом фильме, который раздавали — она общественная. В стране есть законы. Общественные фонды приватизации не подлежат, они частными быть не могут. Можно пользоваться, если ты занимаешь ту или иную должность. Это все прописано в законодательстве.

А фильм раздают — вы посмотрите его еще раз. Они к выборам создали фильм про меня (Фонд борьбы с коррупцией снял ролик «Полет над гнездом сумасшедшего губернатора», его опубликовали в сентябре 2016 года — НВ). Это все ложь. С беспилотника снимали — я там ни разу не был. Я и не знал это место. Я его впервые увидел в том фильме. Вот их метод — метод геббельсовский. Чем чудовищнее ложь, тем она правдоподобнее.

Алексей Максимов, замначальника полиции Самары

Представитель МВД объяснил, что «организации экстремистского и террористического толка активизировали свою работу в нашем регионе» из-за скорого проведения Чемпионата мира по футболу.

— Митинг, который прошел у нас недавно, привлек достаточное количество молодежи. Я вас уверяю — вся она была собрана через интернет. Некоторые группы, которые пришли — задержали десять школьников 8-9 классов — они вообще не знали, зачем туда пришли. Им сказали прийти, будет весело и интересно. А когда их задержали и стали передавать на руки родителям, разочарование было очень серьезное.

Фильм, который показывали на форуме «Экстремизму — нет»

Владимир Шаманов, депутат Госдумы от «Единой России», бывший главком ВДВ и губернатор Ульяновской области

— Коммунисты, которые были у власти, которые вели нас к светлому будущему, они нас предали, они развалили страну! Вербовка руководителей страны — уже доказано, что и Горбачев, и Яковлев были завербованные агентами ЦРУ!

— Люди моего поколения помнят, как националисты громили УВД в городе Кишиневе, какие волнения происходили в Вильнюсе и других странах Балтии. Как реально подменялись ценности и, как правильно было сказано, как стреляли в царскую семью во времена брата Ленина — ничего нового не происходит!

— Хватит каждый раз наступать на грабли! Это наша родина! Это наше отечество! Мы не нуждаемся ни в каких учителях из-за бугра! Наверное мы не до конца осознаем и доводим эти угрозы, и в рамках предмета ОБЖ в школе, и студенческие аудитории не получают должной информации.

Я накануне проводил беседу со студентами политехнического университета. Молодой парень спрашивает: вот зачем создали национальную гвардию, она скоро начнет стрелять по народу. Откуда у тебя такая информация? У Нацгвардии совершенно другие задачи. И прежде всего совместно с ФСБ, МВД, а там где надо и с вооруженными силами не допустить терроризма.

— Давайте окажем полную поддержку нашему национальному лидеру, который не словами, а поступками доказал верность отечеству, который видит цели, куда надо двигаться, вместе нам все по плечу.

После выступления генерала Шаманова наградили почетным знаком «За труд во благо земли Самарской».

Светлана Чикановская, директор школы

— То, что произошло в воскресенье — на самом деле очень страшно. Провокаторам всего за два часа удалось заставить преступить закон тысячам наших ребят. Чего добивается Навальный и его сторонники? Они хотят, чтобы наши дети вновь и вновь совершали преступления. А мы допустить этого не можем!

Мы должны проговорить с каждым учеником, с каждым студентом, с каждым родителем. Не сделаем этого сегодня — завтра некого и негде будет учить.

Я обращаюсь к старшеклассникам и студентам от имени ваших родителей: мы в свое время пережили развал великой страны, и хотели бы, чтобы вы никогда не узнали, что это такое.

Вот когда есть выбор между небом в клетку в тюремной камере и реальными перспективами успешной карьеры и достойной жизни — однозначно будет сделан выбор в пользу жизни достойной.

Максим Гнатюк, руководитель местного отделения Российских студенческих строительных отрядов

— Двадцать шестого [марта], в воскресенье, я пошел в сторону сквера, чтобы поговорить с молодыми людьми, убедить их не участвовать в этом безобразии. И большинство тех, кто хотели участвовать, они не пришли на политическое мероприятие — они пришли на тусовку. Сделать селфи, зачекиниться. Они оказали огромнейшую услугу организаторам, которые говорили, что это наш массовый протест.

На самом деле он совсем не массовый, и отговаривать никого не пришлось. Все адекватные люди понимали. Но есть проблема. Есть проблема. Был незаконный митинг. И люди переступили через забор сквера и нарушили закон. Через два часа они сделали еще раз, когда пошли к РОВД (после митинга часть протестующих отправились к отделу полиции, где требовали освободить задержанных — НВ) . А где эта грань, сколько раз еще можно нарушить закон? Мы в фильме видели, к чему это приводит в соседних странах.

Анна Труфанова, студент

— Что является причиной участия в подобных мероприятиях? Это как наркотик. На него подсаживается тот, кто не может найти себя в повседневной жизни. Это происходит тогда, когда нет другого выбора.

После завершения выступлений форум принял резолюцию о недопустимости «экстремистских поползновений» и поддержке усилий президента России Владимира Путина и губернатора Самарской области Николая Меркушкина. Фрагменты записи форума показали в эфире самарского филиала «России-24».

8 апреля в Самаре пройдет митинг «Против экстремизма и за мирное и созидательное развитие».

Оригинал

В Петербурге дальнобойщики взяли под охрану семью арестованного лидера Объединения перевозчиков России Андрея Бажутина. Его задержали в первый день забастовки водителей большегрузов и посадили на 14 суток. Официальная причина – езда без прав. У Бажутина – трое несовершеннолетних детей и беременная супруга. Пока Наталья лежала в роддоме на сохранении, органы опеки попытались забрать младших сыновей.

С женой лидера общероссийского протеста дальнобойщиков Андрея Бажутина – Натальей – встретился корреспондент Настоящего Времени.

Офисы еще были закрыты, но Наталья специально пришла пораньше. Она на седьмом месяце беременности, есть осложнения. В любую минуту ее могут забрать в роддом, и до этого Наталье надо успеть юридически доверить своих несовершеннолетних детей их старшему брату. Это требование органов опеки. Иначе уже они могут забрать Олесю, Никиту и Максима.

«Я им задала наводящие вопросы: почему не могут быть опекунами сын или мама? Мне сказали, что без доверенности они с ними даже погулять не могут во двор выйти», – рассказала супруга Бажутина.

Нотариус не помог Бажутиным. Он не может выдать такой документ. Не его полномочия, говорит Наталья: «Нам сразу сказали, что таких доверенностей не делают. На опекунство доверенностей вообще не бывает. И сказали, что когда к нам пришел отдел опеки, они должны были в первую очередь записать бабушку и сына и дать им опеку»

Есть еще одна уловка. Чтобы выдать такой документ, нужно присутствие обоих родителей. Но очевидно, что еще 11 дней Андрей Бажутин пробудет в изоляторе временного содержания на Захарьевской улице.

Лидера дальнобойщиков задержали 27 марта за якобы езду без прав. Причем, к месту нарушения прибыли не только полицейские, вспоминает старший сын Бажутина – Артем: «Я увидел на месте происшествия было 3-4 экипажа ДПС, 3 экипажа ППС, и как раз там были органы опеки, как я понял. Они потом с нами проследовали домой».

Причину визита специалистов из органов опеки Настоящее Время попросило прокомментировать сотрудников из районного отдела. Но на месте руководителя или хотя бы человека, который приходил к Бажутиным не оказалось.

«– Во вторник будет начальник, приходите во вторник.

– Вы понимает, что сегодня среда?

– Да, я понимаю, И говорю вам – приходите во вторник. Или в четверг, если вам будет достаточно специалиста».

В курсе проблемы уполномоченный по правам ребенка в Петербурге. 28 марта он написала ему заявление. Но дальнобойщики все равно на всякий случай решили взять ситуацию под свой контроль. Несколько активистов оставили место забастовки на Московском шоссе и теперь стоят возле дома Бажутина.

«Жена в тяжелейшем состоянии, она лежала на сохранении и ей пришлось покинуть роддом. Мы приняли решение устроить круглосуточное дежурство здесь. Будем отбивать физически и отстаивать семью кровь из носу», – объяснил свою позицию председатель петербургского отделения «Объединения перевозчиков России», – объяснил ситуацию председатель петербургского отделения «Объединения перевозчиков России» Сергей Владимиров.

Младшие дети Андрея Бажутина – Максим и Никита – не знают, что происходит. Думают, что их папа в рейсе, продолжают жить своей обычной жизнью. Сегодня у них – хоккейная тренировка. Это то немногое, что мама решила оставить им после визита надзорных органов. Одних в школу и детский сад сыновей и дочь, на всякий случай, Наталья Бажутина пока не отпускает.

Оригинал
2703110

Растопить лед

Фотографируя московские улицы из окон автомобиля и рассказывая о впечатлениях в письмах домой, майор американской армии Мартин Манхоф и его жена Джен собирали по частичкам яркий, пронизанный личными впечатлениями портрет жизни за железным занавесом в начале 1950-х.

2703090

Официальной обязанностью Мартина на посту помощника военного атташе в американском посольстве в Москве была организация взаимодействий с советскими военными. Однако скорее всего он также собирал разведданные и изучал масштабные изменения, происходившие в СССР по мере того, как страна выходила из послевоенной разрухи, а холодная война усугублялась.

Большая коллекция цветных фотографий и 16-миллиметровых кинопленок, отснятых Манхофом, дают представление о стремительном развитии советской инфраструктуры. На них запечатлено строительство семи сталинских высоток в Москве и осуществление других проектов, ставших символом нерушимой мощи СССР.

Но фотографии Мартина вполне самостоятельны и с точки зрения искусства. Это работы человека, умевшего увидеть и передать средствами фотографии уличные пейзажи, архитектурный облик городов, повседневную жизнь людей и, конечно же, массовые зрелищные мероприятия, без которых невозможно представить жизнь советского государства.

На одной из многочисленных пленок, снятых с выходившего на Кремль балкона американского посольства, запечатлены пионеры, марширующие плотной колонной через Манежную площадь во время Первомайской демонстрации.

Летняя эстафета, пар над заснеженным Кремлем, семьи, отдыхающие в небогатом дворике, сутолока и суматоха быстро растущей столицы – все эти брызжущие эмоциями сцены запечатлены на пленках Манхофа.

Продолжение в источнике

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире